Билеты на премьерные показы: тюз.екатеринбург.рф/new/proculture?eventid=46
1/6. Театры иногда боятся ставить Хармса. Чем вас привлёк этот писатель?анна: «Я прочитала повесть Даниила Хармса ещё в студенчестве, когда училась на курсе Вячеслава Кокорина. Он один из тех, кто определил облик ТЮЗа: он был его художественным руководителем в 2001—2006 годах, а его „Каштанку“ играют до сих пор. После театрального института я не раз вдохновлялась Хармсом. И даже своим детям люблю читать его весёлые стишки.
Кроме того, у каждого в жизни бывают такие моменты, когда кажется, что мир рухнул. Тогда на выручку приходят те, кто показывает выход к новой жизни: к вере в себя и к радости существования. В повести Хармса эту роль играет Старуха».
2/6.
Многим его повесть кажется абсурдной. Вы так не считаете?Анна: «Абсурдна сама ситуация: к тебе домой пришла какая-то старуха и умерла… Что же делать? Да, звучит как абсурд. Но на самом деле это лишь первый слой истории.
Если вчитываться, находишь в тексте и второй, и третий слой. Повесть становится не абсурдной, а духовной. И я уверена, это автобиографический материал: Хармс написал «Старуху» в последние годы жизни. И тогда он дал своему герою надежду на спасение, когда тот освободился от всего и пришёл к очищению — к вере».
3/6. В чём идея спектакля «Старуха», которую вы ставите в ТЮЗе?
Анна: «Мы самостоятельно загоняем себя в рамки, которые сами же и придумываем. Как и герой в повести. Он писатель, но так и не смог сочинить больше одной фразы: „Чудотворец был высокого роста“. В нашей версии Старуха для главного героя — это его страх. Она не реальный человек, а эфемерное существо, которое существует лишь в его голове и мыслях. Старуха нужна, чтобы герой прошёл через испытания, через её смерть в том числе.
Но миссия Старухи не просто напугать героя, это же не фильм ужасов. Её предназначение — помочь другому обрести разговор с самим собой и с Богом. Как и в повести Хармса: в конце герой попадает в лес и, очищаясь от всего, начинает молиться».
4/6. Как актёры готовятся к ролям?
Анна: «Это моя вторая режиссёрская работа именно с артистами театра. Считаю, у нас сложился творческий симбиоз. Больше всего идёт работа со Старухой, её исполняет Ольга Медведева. Главным героем будет Ростислав Ганеев. Мы обсуждаем, что с актёрской точки зрения для него будет комфортней, потому что на нём — весь стержень повествования. Только он ведёт монолог с собой. Остальное мы передаём через пластические рисунки.
Встреча героя с Дамочкой (Надеждой Крюковой) после столкновения со Старухой — это момент возвращения к жизни, когда его влечёт женское начало. К Сакердону Михайловичу (Владу Соколову) герой приходит с вопросом, верит ли он в Бога. Но тот не отвечает, а напротив, сердится. Он желает, чтобы герой нашёл ответ сам.
Другие персонажи тоже не случайны. Даже прохожие служат проводниками и нужны, чтобы главный герой прошёл через них и вышел к самому себе».
5/6. Как переводили литературный язык на театральный?
Анна: «Так совпало, что в постановочной группе все безумно любят Хармса. У нас многогранная музыка, её написал Александр Жемчужников. Каждый музыкальный акцент мы отражаем в пластических решениях, чтобы объединить всё в единую драматургию.
Ещё с нами работает приглашённый художник по свету Максим Сергачев. Также есть прекрасный художник Татьяна Боброва. В декорациях и костюмах она нашла ту лаконичную простоту, чтобы актёры могли свободно выражаться пластически.
Мы специально не берём за основу годы, когда жил Хармс: у нас нет его длинного пальто и шляпы. Наоборот, мы постарались приблизить образы к современным подросткам. Из той эпохи только чемодан».
